Бездушные  - Каролина Бринкманн

– Что им от нас нужно? – выдавила Рейна сквозь слипшиеся губы.

– Мы думаем, они будут снова и снова убивать нас. При всем этом они будут устраивать шоу. Потому что собор был построен для этого. Для незабываемых моментов нашей жизни…

– Очень похоже на Шипов.

– Очень похоже на всех людей, – поправил ее Бог Бальтазар. – Когда мы хотели казнить тебя, мы надеялись, что это произойдет в нашем соборе. У нас были действительно замечательные идеи, – захихикал Бог Бальтазар. – В конце концов, каждый из нас просто хочет наслаждаться хорошим шоу, будь то Благословенный, Единица, Двойка или Тройка.

Рейна вздрогнула.

– Где Кассиан и Морфей?

– Ты узнаешь об этом раньше, чем тебе хотелось бы, – сказал Бог Бальтазар, и был прав: дверь в камеру открылась, и двое мятежников схватили Рейну за руки. Два других направили на нее оружие, чтобы продемонстрировать ей всю безнадежность положения. Ее скорее волокли, чем вели, потому что ноги не могли быстро двигаться. В нос ударил сильный запах. Пахло животными, которых, судя по всему, держат в соборе для шоу. В коридоре было очень много дверей с окнами-решетками. В некоторых камерах сидели химеры, в других – пленники, но Рейну тащили так быстро, что она никого не успела разглядеть.

Их пункт назначения располагался в конце коридора: стены и потолок этой комнаты были выложены плиткой. Сначала Рейна подумала, что здесь режут людей. Но, чуть приглядевшись, она поняла, что это была скорее душевая. Она видела дырки в стенах, как и у нее в душе. Девушка вспомнила принудительную дезинфекцию, которой ее подвергли, когда она только прибыла в Авентин. Ее тогда заперли в комнате, со всех стен которой на Рейну лилась вода.

Это место было похоже на ту комнату, только по площади эта душевая была больше. Ну, кто знает, каких мутантов и химер здесь моют. Сейчас здесь не было животных, только Шипы. Они стояли, облокотившись на стену, и наблюдали за чем-то, что происходило в центре комнаты. Судя по всему, ничего хорошего там не происходило.

Рейна не смела дышать, когда ее спутники тащили ее мимо наблюдателей.

Морфей. В центре комнаты сидел ее брат. А рядом с ним был Кассиан. Его губа пульсировала кровью, а под левым глазом Морфея виднелся синяк. Женщина в горчичной одежде стояла за ними и, судя по всему, руководила происходящим.

– Правый или левый? – спросила она, увидев Рейну.

– Что?

– Кого мы побреем сначала? – она указала на лезвие, которое держала в руках. – Златовласку? Или твоего темноглазого любимчика?

– Только не мои волосы, – в ужасе кричал Морфей, но женщину не волновало его мнение на этот счет. Она посмотрела на двух Шипов, которые держали Морфея и прижали его к полу. Женщина с бритвой наклонилась над Благословенным. Она начала с его лба, но он так отчаянно оборонялся, что она разрезала ему кожу лезвием.

– Что это такое? – спросила напуганная Рейна. В то же мгновение она почувствовала ствол пистолета, ударивший ее в спину.

– Это справедливость, – ответила женщина, показывая им свой перечеркнутый штрихкод. Двойка из Авентина. Судя по ее одежде, служанка. Ее волосы были коротко стриженными, как и полагалось Двойкам в Авентине, и Благословенная поняла.

– А что насчет всех невинных, которые погибли сегодня? То, что вы сделали с ними, тоже справедливо? – к удивлению Рейны, ее голос звучал спокойно и уверенно, совсем не отражая того, что происходило у нее в душе.

Она чувствовала, как кровь прилила к ее голове, и та загудела. Ей казалось, что барабанные перепонки вот-вот лопнут. Ее руки сжались в кулаки, и она с радостью бы напала на присутствующих, которые стояли и пялились на Морфея и Кассиана, улыбаясь и ожидая, что произойдет дальше. Будто бы они смотрели какое-то веселое шоу в ТехДеке. Рейна хотела причинить им боль, и у себя в мыслях она бушевала, словно шторм, ломала им руки и ноги, пока они не падали на пол больше не в силах причинить боль ей, ее брату или Кассиану.

– Сейчас просто необходимо указать вам на ваше место, – объявила ничуть не смутившаяся служанка, чуть отпустив Морфея. – Вы считаете себя лучше нас. Думаете, что вы имеете право ставить себя выше нас.

– Судя по всему, сейчас бессмысленно говорить о том, что я была призраком… – сказала Рейна. Она с трудом оторвала взгляд от сидевшего на полу Морфея.

– Все равно, кем ты была. Сейчас ты такая же, как они. – Служанка была в ярости. – Я служила вам всю свою жизнь. И вам никогда этого не хватало, вы всегда хотели выслать меня из города. Изгнать из вашего общества.

Рейна хотела сказать хоть что-то в свою защиту, но не придумала ничего, что могло бы переубедить этих озлобленных людей.

– Но благодаря Шипам ваше время прошло. С этого момента все люди равны, – служанка указала на СмотрБот, кружившийся под потолком, а затем на наблюдателей, которые громко с ней соглашались.

– Хорошо. Дай мне это чертово лезвие, – сказала Рейна и отобрала у Двойки бритву. Она попыталась выглядеть настолько безразличной, насколько это было возможно. Она не хотела показывать им свой страх. Она приставила устройство к голове, не колеблясь ни секунды. Смотря вперед, она провела бритвой над левым ухом. Ее волосы падали на пол, и она продолжала, пока весь пол не покрылся волосами. Все, что осталось от ее пышной шевелюры – несколько сантиметров. Как у служанки.

– Теперь мы равны. Прямо как ты хотела, – спокойно сказала Рейна, бросая бритву Двойке под ноги. – Одинаковая прическа, на нашей одежде одинаковая грязь и одинаковая кровь.

– Мы не равны, – прошипела служанка.

– Нет? Ты разве не об этом говорила только что? Все же равны, – спросила Рейна, хотя уже знала, что ей ответят. – Гены же не имеют значения с этого момента.

– Нет. Вы другие. Вы Благословенные. Для вас больше нет места в стране Хоуп.

– Если гены не имеют значения, вам должно быть наплевать, идеальны мои гены или нет.

Никто из присутствующих не сказал ни слова. Они больше не улыбались.

– Мне все еще нужно сбривать волосы? – спросил Морфей. – Или вам уже этого хватило?

– Верните ее в камеру, – наконец сказала служанка. – Мы с ней закончили.